Архитектурное бюро Романа Леонидова

Публикации

08.02.02

Интерьер загородного дома - журнал Salon N7 (63) 2002

Английский ландшафт в интерьере

С чего все началось?.. Благо что не с туманной мечты, а со вполне конкретного и похвального желания, даже насущной необходимости - оставить все как есть. То есть не погубить ни одной сосенки, не потревожить лишнего кустика. В общем, главная задача была не нарушить светлую ауру этого чудесного прозрачного бора
Дом как бы "прорастал" и распространялся сам собой, обходил углами тонкие стволы, осторожно примерялся скатами крыш и трубами дымоходов к высоте крон, мирно приживался на местности... И если говорить о своевременно вошедшей в моду экологичности, то перед нами один из эталонов экологичного жилища.

Именно потому что ландшафт стал в буквальном смысле формообразующей силой, этот просторный дом получился очень необычным, а планировка - поистине уникальной. С виду будто бы не единая постройка, а целая деревенька.
Аккуратненькое европейское сельцо с богатой средневековой историей и патриархальными традициями. Казалось бы, при столь нестандартной пространственной организации подход к интерьеру допускает максимум свободы. Однако в этом случае требовалось создать идеальное равновесие между внешним и внутренним. Интерьер обязан был стать эффектной интерполяцией окружающего природного контекста (в противном случае он стал бы в нем "чужеродным элементом", вернее, инородной пустотой без кавычек), но - выглядеть пространством уютным и обжитым, а не, так сказать, рекреационным. При всем этом дому полагалось выглядеть обжитым давно, чуть ли не со Средних веков. Того требовал прежде всего сам стиль постройки.

Что касается интерьера в целом, то, как легко заметить, за основу был принят классический английский стиль в его современном, то есть самом широком понимании. Как известно, британцу вполне простительно загромоздить до предела свой дом вещами и заполонить все стены, столешницы и полки коллекциями картин, фотографий и разных безделушек.
Никто не осмелится заподозрить, что, мол, у джентльмена отсутствует вкус - в том случае, если он в своей кунсткамере соблюдет викторианский дух: там - стульчик от Чиппендейла или кожаное кресло grandfather, тут - сервант красного дерева от Шератона... и все это в окружении пышной драпировки и легкомысленных обоев.

В этом доме подобная декорация, возможно, создала бы своеобразный "мозаичный" уют, однако она полностью противоречила бы графической легкости ландшафта.

Именно поэтому был создан интерьер, который можно условно привязать к последним годам долгой викторианской эпохи, к самому концу XIX века и началу XX, когда англичане, наконец, вняли призывам великого Уильяма Морриса, которого нередко называют "отцом интерьерного дизайна". То есть к тому самому времени, когда они решились разобрать в своих домах вековые залежи всякой движимости и раздвинули тяжелые портьеры, допустив в комнаты солнечный свет.
Стратегической задачей было построение свободно перетекающих друг в друга автономных пространств и расстановка стилистических акцентов, благо английский стиль ими очень богат. А своего рода тактическим ходом стало формирование в доме трех уровней высот, что обеспечивало эффект "ландшафтности".

Итак, опорной зоной стало весьма оригинальное сооружение из грубого теса, установленное уровнем выше всех основных помещений дома. Оно придает дому характер романтической древности. Оно удачно отгораживает прихожую (которой куда больше подходит англицизм entrance hall) от жилой зоны. Оно, наконец, создает своего рода пространственный фильтр в самом протяженном переходе между помещениями, словно укорачивая зрительные перспективы. Это сооружение напоминает отчасти и тривиальную парковую беседку, и легкий портик. Тем самым внешний мир как бы вводится внутрь помещения. Во внешней среде беседке соответствует маленький дворик, образуемый двумя флигелями дома.
Он, напротив, выглядит как уютная комната-"оранжерея" с соснами, через которую можно проходить, путешествуя между кабинетом и гостиной. Последние также пространственно уравновешивают друг друга, как два домика, расположенные по соседству. Они смотрят друг на друга окнами. Их площади соизмеримы, что само по себе оригинально, хотя в этом и видится намек на одну из самых расхожих русских пословиц "делу - время, потехе - час".

Именно в кабинете аристократический дух старинного английского особняка, или даже замка, являет все свое великолепие. Пропорции таковы, что потолки, кажется, парят на высоте крон. Что же касается обстановки, то для утверждения стиля вполне достаточно двух роскошных кожаных диванов "честерфилд", за которыми давно закреплено право быть символами настоящего английского дома.

Место творческого уединения, кабинет расположен в отдалении - во "флигеле". Но при этом надежным тылом служат ему комнаты, отведенные детям, и хозяйская спальня, единственное помещение, занимающее - и образующее! - второй этаж дома.
Так, по принципу "все свое ношу с собой" существует в доме особо теплый уголок, пространство superprivate.

Спальня заслуживает отдельного внимания. В интерьере отчетлив японский акцент. При чем тут, в самом деле, Англия? Как раз при том. В конце XIX века прогрессивные англичане старательно "прививали" к своему жилищному традиционализму японский колорит. Выглядело это именно так.

Стилистика гостиной, напротив, избавлена от каких-либо цитат и ассоциаций. Ее пространство более "разомкнуто": в отличие от кабинета, который благодаря своей обстановке и масштабу может рассматриваться и как приемный зал, гостиная предлагает присутствующим значительно большую степень свободы. Да и предметы в ней можно переставлять без опасения нарушить "порядок вещей".

Наконец, столовая. Она вместе с кухней находится на самом нижнем уровне жилых помещений, что как бы подразумевает спуск по шкале времени в глубину веков.
Обстановка несколько стилизована под романское Средневековье - замковый интерьер эпохи Ричарда Львиное Сердце... Тему удачно поддерживает примитивная колонна, подпирающая в мощное деревянное перекрытие.

Следует особо отметить титаническую работу художника, который повсюду, на каждом квадратном дюйме, старательно наводил следы "старины". Это придало внутреннему "ландшафту" не только завершенную живописность, но и дух обжитой древности... Вероятно, если бы герои Гарди или Филдинга заглянули сюда, они почувствовали бы себя как дома.

Ольга Буденная:

"Главным "архитектором" был ландшафт. Он задал канон, он поставил непременное условие: не навредить. Внутреннее пространство дома неотделимо от внешней среды. Мы только придали ему "культурное наполнение". Получился английский ландшафт в интерьере..."

Текст: Марина Шаркова  Фото: Алексей Князев